Суббота, Декабрь 20th, 2014 | Автор:

ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ ПО ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОМУ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОМУ ПОЛОЖЕНИЮ ОСЕТИНСКОГО НАРОДА

(первая половина XIX века)

Извлечения из «Актов Кавказской Археографической комиссии» о политическом и социально-экономическом положении и крестьян¬ских выступлениях в Осетии.
Выдержки публикуются по изданию: «Акты Кавказской Архео¬графической комиссии». Чч. VI–VII. . Тифлис, 1878 г.

Извлечения из «АКАК». Т. IV. Тифлис, 1870. Здесь приведены письма царевича Александра, сына Ираклия II к осетинам Тагаурского и Джавского ущелий

РАПОРТ ПОДПОЛК. КАЗБЕКА ГЕН. ТОРМАСОВУ, ОТ 2-ГО АВГУСТА 1809 ГОДА, № 143

Тагаурского ущелья старшина Чопан Джантиев, по привер¬женности его к Российской державе, в бытность у меня объявил, что кабардинцами, куртацкими и тагаурскими осетинами от бе¬жавшего грузинского царевича Александра получены возмути¬тельные письма, которые доставлены через руки в Цхинвальском ущелье осетина Джигу Томаева куртацкому старшине Хата Ху-жаеву, о чем я, узнав, просил его, Джантиева, чтобы он, по при¬верженности своей, старался приласкать тех, кто имеет от царе¬вича грузинского Александра письма и представили бы ко мне, за что получат награждение. Старанием старшины Джантиева, тагаурского и куртацкого ущельев старшин Уци Сазанова и Джамбулата Канукова, с одного интереса, а не из приверженности к России, представили 3 таковых возмутительные письма, пи¬санные к кабардинцам, куртацким и тагаурским осетинам, – ко мне, за что я дал им при обер-офицерах Владикавказского гарни¬зонного полка; кап. Годлевском, письмоводителе, моем г. с. Косовиче и карантинном лекаре Случевском 700 руб. сер., дабы пре¬сечь сими возмутительными письмами путь к волнованию наро¬дов, живущих в горах, и не было бы приведено против царевича Александра злое намерение в действие.

ПИСЬМО ЦАРЕВИЧА АЛЕКСАНДРА К ЖИТЕЛЯМ ДЖАВСКОГО УЩЕЛЬЯ, ОТ 9-ГО АВГУСТА ХРОНИКА 497 (1809) ГОДА

(С грузинского, перевод новый)

Сын царя Грузии, Александр, с братской любовью приветст¬вую Вас, все вообще джавцы! Посланные вами люди с письмом к нам прибыли: вы нас приглашаете к себе. Государь (шах) от¬правил нас в Ахалцих с таким войском и казною, как нам хоте¬лось, и мы уже сюда прибыли. Ваших людей поспешно возвра¬щаем и сами прибыли бы к вам теперь же, но так как Селимпаша выступил из городя для нападения (?), то дожидаемся его и лишь только вернется, тотчас же спустимся к Карталинии с боль¬шим войском и казною; тогда и увидим, как вы потрудитесь и вновь зажжете свечу угасшего нашего дома. Во-первых, бог будет виновником его направления, а не вы. Когда с Божьею помощью это сбудется, тогда думайте, что мы ваши великие благодетели, а вы – наши любезные братья, а не подданные. Одного из посылае¬мых нам людей воротите скорее и с ним отправьте 5 надежных человек, чтоб по их советам и рассказам о вас мы могли распо¬лагать собою.

ПИСЬМО ЦАРЕВИЧА АЛЕКСАНДРА К ОСЕТИНАМ ДЖАВСКОГО УЩЕЛЬЯ, ОТ 4-ГО ОКТЯБРЯ ХРОНИКА 498 (1810) ГОДА

(С грузинского, перевод новый)

Мы знаем, что ради осчастливления падшаго нашего дома вы ежечасно трудитесь и проливаете кровь. Бог да даст и нам воз¬можность отплатить вам за службу, на что по Его милости мы и надеемся. Вам надо знать, что пока на очаге Багратионов горит огонь, они каждый день должны считать себя обязанными вам, – так да ведаете вы и ваш героизм. Через короткое время мы и сами явимся с войском, и вы будьте готовы. Конечно, вы и прежде бы¬ли нашими дорогими подданными, и теперь таковы же; ваш меч был всюду известен, и вы владеете честью мужества. Теперь от вас зависит, как еще более прославите ваше имя на земле, по¬старайтесь же вяще трудиться, выкажите отвагу и не изменяйте, делу. Мой племянник Леон писал мне о вашем старании и весьма хвалил вас. Браво вашей чести и мужеству! Бог да подаст и нам случай отплатить вам за службу и труды. Как доселе старались, так и впредь старайтесь; мы и сами скоро к вам подоспеем.

ТО ЖЕ, КО ВСЕМ ТАГАУРЦАМ, ОТ 10-ГО АВГУСТА ХРОНИКА 497 (1809) ГОДА

(С грузинского, перевод новый)

Мы прибыли в Ахалцих к Селим-паше с войсками и казною. Теперь от вашего мужества зависит, как усердно вы потрудитесь. Шах пожаловал в Нахичевань; нынешние его приготовления и: войска не похожи на прежние; на этот раз он или покончит со всем Ираном или изведет русских из Грузии, – будьте уверены. Мамед-Али-хан в 300 (30?) т. стоит над русскими в Памбаках, а Аббасмирза с таким же числом находится в стороне Казаха. Те¬перь пора вам сослужить службу: на дорогах поставьте людей; в случае если будет следовать Русское войско, не пропускайте его. Вы всегда нашему дому служили и усердствовали, а теперь от вашего мужества зависит, как вы за нас потрудитесь; мы тоже прибудем в Грузию с войском, а вы спуститесь в Цхинвал.

ПИСЬМО ГЕН. ТОРМАСОВА К ПЕТРУ СТЕПАНОВИЧУ КОТЛЯРЕВСКОМУ, ОТ 24-ГО МАЯ 1811 ГОДА, № 521

Поручик кн. Еремей Багратион, своею волею поехавший к вре¬менному ветреному мальчишке Левану, чтобы по препоручениям, сделанным ему от его отца царевича Юлона, уговорить его к рас¬каянию и склонить предаться в покровительство Г. И., не только не успел в своем намерении, но и впал в беду. Беспутный Леван, сочтя его подосланным со стороны нашего правительства, дабы его умертвить, ограбил его, мучил и послал продать в Кабарду, но на пути он куплен осетинцами Коко-швили и находится теперь в селении Муврили, в железах. Из числа Коко-швили один за измену, по имени Касин Коко-швили, схвачен и содержится в Горийской крепости. Его-то осетинцы просят взамен за кн. Ере-мея Багратиона, грозя в противном случае убить его или запро¬дать в дальние места. Хотя же князь сей сам собою попал в сие несчастье, взявшись за такое дело, которое не с его головою мож¬но исполнить, но так как он – поручик Российской службы и из хорошей здесь фамилии, то я и согласен отпустить Касина Коко¬швили в вымен за него, тем более, что сей изменник не важен и подобен всем вообще осетинцам по мятежному их духу. Поэтому поручаю вам арестовать его, за строгим присмотром отправить в Цхинвал и содержать его там под караулом. Между тем родной брат кн. Еремея Багратиона, отправляющийся по сему делу в Цхинвал, войдет в сношение с Коко-швили по предмету сего вы¬мена и если осетинцы выдадут его брата, то в то время прикажите отпустить и Касино Коко-швили; только велите начальнику стоя¬щей в Цхинвале воинской команды, чтобы он был осторожен, дабы арестант сей не бежал или бы осетинцы его не провели тем, что изменника сего возьмут, а кн. Багратиона не выдадут.
Желаю я при том знать, есть ли теперь удобность пройти до Нарского ущелья и войти в самые селения сих осетинцев, укры¬вающих мятежного Левана, чтобы скоро экспедицию наказать их и поймать самого Левана, которому оттоль бежать некуда, ибо дорога ему везде заперта и повсюду его караулят. Только экспе¬диция сия должна совершиться не более как в недели, прежде нежели откроются в здешнем краю военные действия против пер¬сиян и турок, – почему ожидаю о сем вашего мнения.

302. Отношение гр. Паскевича к гр. Чернышеву от 26-го августа 1830 года, № 530.

Отношением моим, от 23-го числа прошлого июня, № 384, я «мел честь уведомить в. с, что против осетин, граничащих с се¬верною частью Карталинии и производивших хищничества и гра¬бежи по дорогам из Тифлиса и Гори в Империю, сочтено мною нужным командировать небольшую военную экспедицию, под на¬чальством ген.-м. Рененнкампфа и главным введением Тифлисско¬го военного губернатора ген.-адъют. Стрелкова. Ныне получив донесение, что сия экспедиция благополучно приведена к оконча¬нию, поставляю долгом сообщить в. с, как о цели и видах упомя¬нутого предприятия, так и об этом успехе исполнения; но прежде всего считаю, необходимым сообщить вам хотя вкратце некоторые сведения о географическом положении Осетии вообще в их осо¬бенности о тех племенах, против которых были направлены дей¬ствия ген.-м. Ренненкампфа.
До последней счастливо оконченной с турками войны Карта-линия была постоянно подверждена нападениям с севера от осе¬тин, а с юго-запада от буйных и хищнических племен, населявших Ахалцихский пашалык. Покорение Ахалциха и присоединение к Грузии, обеспечив Карталинию с юго-запада, надо упрочить по¬добного же спокойствия на северной части, и осетины, продолжав¬шие производить грабежи и убийства в течение военных действий, не переставали обнаруживать такое поведение и по заключении мира с Портою. Они, как известно в. с. из уведомления моего, от 21-го мая № 326, еще и не удержались от дерзких поступков, и поэтому наказание сих непокорных горцев, в необузданности своей и непризнававших никакого влияния России, сделалось со¬вершенно необходимым.
Племена осетинские (называющие сами себя ирон) занимают обе покатости главного Кавказского хребта на протяжении источ¬ников Риона и Ардона до вершин Терека и Арагвы. На север они ограничиваются Кабардинской плоскостью, а на юг Карталиниею. Главные селения южных осетин расположены по ущельям рек Большой и Малой Лиахвы, по впадающей в первую р. Паца и у вершин р. Ксана; а северных – по ущельям рек Ардона, Фиагдона и Гизельдона. В верхней части Осетии горы скалисты, а ближе к главному хребту покрыты вечным снегом; в нижней же части на¬ходятся довольно густые леса и покатости их местами заключают, хотя и в незначительном количестве, земли, способные к обраба¬тыванию, но не весьма плодородные, отчего жители мало приле¬гают к хлебопашеству. Разлитие вод в ущельях Осетии продол¬жается от половины апреля до конца мая, а иногда и до половины июня. Жилища осетин расположены неправильными деревнями по ущельям и состоят из каменных саклей. В каждом селении на¬ходятся по одной или по несколько каменных башен. В нижней Осетии сакли в деревнях разбросаны и окружены небольшими садами, а в верхней – прикреплены, подобно птичьим гнездам, к скалам и косогорам.
Осетины вообще живут бедно, занимаются скотоводством, сеют, но в малом количестве, ячмень, овес и просо, вместо хлеба дела¬ют лепешки. При неурожае покупают на плоскости, получают также и соль. На зиму для небольших своих стад приготовляют сено и солому; летом держат их на подножном корму, который показывается в верхних ущельях не прежде конца мая и продол¬жается до октября. Они вооружены ружьем, саблею, кинжалом, никою и отчасти имеют пистолеты. Оружие содержат довольно исправно; делают сами порох, а свинец добывают из своих гор. Говорят на особенном природном языке, и большая часть из юж¬ных осетин понимает и грузинский язык…
Притесняемые с северной стороны кабардинцами, а с южной стороны грузинскими и имеретинскими князьями, осетины, при по¬явлении в стране российских войск под командой гр. Тотлебена, встретили их как своих избавителей. К нам влекла их и христиан¬ская вера, ибо только малая часть осетин, по соседству с Кабар¬дой, приняла мухахммеданский закон. Но как не было взято над¬лежащих мер к гражданскому образованию Осетии и, сверх того., когда осетины увидели, что русские начали отдавать их на про¬извол помещиков, которые имели намерение сделать из них кре¬постных крестьян, а грузинское главное духовенство, от которого Осетия получала священников, ослабило внимание свое к распро¬странению между ними закона божия, то, по примеру прочих живущих в соседстве полудиких племен, терпя разного рода недо¬статки к улучшению своей жизни, они равномерно предались гра¬бежам и мало-помалу увеличили дерзость свою до того, что про¬изводили на больших дорогах. Хотя с тех пор привязанность их к русским заметно уменьшилась, однако они, несмотря на мятежи, и беспокойства, происшествия за Кавказом от происков грузин¬ских царевичей Александра и Юлона, всегда более привязаны, были к нам; нежели к прежним своим владельцам. Меры крото¬сти для склонения их к порядку были неоднократно испытывае¬мы, но оставались тщетны, потому что полудикий народ, не видя перед собой с нашей стороны действий оружия и полагаясь на неприступность своих жилищ, приписывал снисходительность к. невозможности проникнуть в их страну.
Во все продолжение пребывания русских войск за Кавказом было предпринимаемо в Осетию несколько экспедиций, но почти, они имели только частную цель, как то: временное наказание ка¬кого-либо из осетинских племен и осмотр путей чрез тамошния ущелья для узнания – предстоит ли возможность проложить че¬рез оные новую Военно-Грузинскую дорогу. Одни действия под-полк. Симоновича, направленные в 1802 г. против осетин, по по¬велению командовавшего на Кавказской линии и управлявшего Грузией ген. Кнорринга, имели так сказать, общие виды на при¬ведение в покорность необузданных племен. Симонович с отрядов из пяти рот пехоты, 50-ти казаков и двух легких полевых орудий: успел благоразумными распоряжениями в две экспедиции, совер¬шенные не более как в 12 дней, привести в повиновение всю часть Осетии, лежавшую на южной стороне Кавказского хребта.
Мало-помалу невнимательность ближайшего начальства, бунт, бывший в Грузии в 1812 г., чума и войны с Персией и Турцией снова ослабили влияние наше над Осетией; она сделалась посто¬янным убежищем всех преступников, преследуемых законами на¬шими, и край этот, несмотря на то, что от главных обществ взяты: и поныне содержатся в г. Гори аманаты, чтобы русский, без по¬кровительства кунака (знакомого из природных жителей) и без значительного прикрытия, мог безопасно объехать ущелья, в коих расположены осетинские деревни.
Сообразив все в настоящем предположении общего покорения горцев, я решился отправить в Осетию военную экспедицию, как для наказания буйных осетинских племен и обеспечения мирных поселян Карталикии от их набегов, так и для приведения народа к положительной присяге на верноподданство Г. И. и водворения там того порядка, который приличен стране, находящейся под вы¬сокой державой всероссийского монарха. За полезное признано мною окончить экспедицию сию еще до возвращения войск, нахо¬дившихся в Турции, как потому, чтобы восстановить безопасность на Военно-Грузинской дороге и на сообщениях Грузии с Имеретией, так и для того, что в упомянутые действия, не представляя особенных затруднений, могли так сказать, служить приуготовлением к последующим главным против горцев операциям.
Приведение в исполнение экспедиции против осетин, как я имел честь извещать в. с, было возложено мною на ген. Ренненкампфа, под главным ведением ген.-адъют. Стрелкова, коему на предмет и даны мною следующие наставления:
1. Собрать в сел. Цхинвали, что на границе Осетии, отряд под начальством ген. Рекненкампфа из одного батальона Херсонского гренадерского полка, 200 казаков Донского 12-го полка, двух горных единорогов, двух кегорновых мортирок и части Карталинской милиции, в случае надобности присоединить две роты Эриванского карабинерного полка.
2. По приготовлении упомянутых войск и собрании всех нуж¬ных сведений о дорогах, ведущих в Осетию, равно и о взаимных между собой связях племен Осетинских, приказать ген. Ренненкамнфу выступить из Цхинвали в сел. Джава, которое служит ключом ко всем ущельям по верховьям Большой Лиахвы и Пацы.
3. Уверясь в спокойствии жителей этого селения взятием от них из лучших фамилий аманатов, оставить одну роту пехоты с частью Карталинской милиции и 50-ти казаками для прикрытия ущелья, в котором находятся жилища кешельтцев, преимуществен¬но замеченных в непокорности и разбоях. Приближаясь к самым жилищам этих хищников, которые отстоят от сел. Джава на рас¬стоянии двух переходов или 35-ти верст, отправить к ним через кого-либо из преданных нам осетин прокламацию с объяснением, как гнусности их поведения, и в особенности последних поступков, при нападении на Имерети в ущельи Чератхеви и при грабитель¬стве, учиненном в сел. Тигви, так равно и великодушия Россий¬ского правительства, не принимавшего доселе, единственно по человеколюбию, никаких строгих мер к их обузданию, присовоку¬пив, сверх того, что если они не принесут совершенного раскаяния и с покорностью не исполнят требований правительства в рассуж¬дении выдачи похищенных людей с их имуществом и главных за¬чинщиков и участников в разбоях, то им предстоит конечное ис¬требление.
4. Если упомянутые осетины добровольно покорятся и исполнят все требуемое от них, то приведя старшин и все племя к присяге и взяв из каждого семейства по одному аманату, ген. Ренненкампфу возвратиться с отрядом в Джаву и приступить к усмире¬нию маграндолетцев и джамурцев, других наиболее хищных из племен осетинских.
5. Для последнего предприятия ген. Ренненкампф должен был, по усмотрению обстоятельств, оставив в сел. Джава одну роту пехоты с большей частью Карталинской милиции (ибо усмире¬нием кешельтцев селение это совершенно обеспечивалось с тыла и левого фланга), с остальными войсками следовать через Рокское ущелье сначала к маграндрлетцам, обитающим от сел. Джа¬ва на расстоянии 45-ти верст, по трудной гористой дороге, и при¬ведя их к повиновению и присяге, быстрым и неожиданным пере¬ходом через Гнухский хребет, мимо горного Ксанского озера, про¬никнуть в ущелье Джамурское и истребить это разбойничье гнез¬до, дающее пристанище всем ворам и преступникам, даже и тем, которые отвергаются и самими горцами, имея в виду, если воз¬можно, при движении отряда по Рокскому ущелью к маграндолетцам, отрядить одну роту пехоты с мортиркой и небольшой ча¬стью Карталинской милиции, для обхода неприятеля.
6. Дабы совместным нападением по всем ущельям получить желаемый успех в назначенной экспедиции, возложено было на ген. адъют. Стрелкова командировать своевременно из Тифлиса в Ксанское ущелье одну роту 40-го егерского полка из числа двух возвращавшихся из Ардагана и следовавших из-за границы в го¬лове всех войск, которая потом для дальнейшего следования на линию могла бы выйти прямо на большую дорогу Гудовским ущельем.
7. В то самое время, когда ген. Ренненкампф, усмирив магран¬долетцев, обратился в Джамурское ущелье, управляющий горски¬ми народами, майор Чиляев, должен был со стороны Военно-Гру¬зинской дороги с другой стороны ротою 40-го егерского полка и частью милиции действовать в одно время в тыл, дабы пересечь джамурцам всякое средство к побегу далее в горы.
8. Так как вышеописанная экспедиция должна была произво¬диться на дальнее расстояние от кантонир-квартир и вообще не¬продолжительное время, то продовольствие войск я приказал обес¬печить подвозом необходимого провианта в сел. Джава; во всех же поисках в ущельях иметь людям хлеба на восемь дней, отчас¬ти на себе и отчасти по причине затруднительных дорог на вью¬гах, под кои употребить полковых, казачьих и обывательских ло¬шадей, не обременяя ни сих последних, ни людей, для которых приготовлены были горные подковки.
9. Патронов сочтено достаточными тех, что по положению со¬стоят в суммах, пополняя их по мере израсходования из вагенбурга.
10. Вообще с жителями тех селений, которые покорятся добро¬вольно, соблюдать кроткое и справедливое обращение; но тех, кото¬рые будут защищаться в своих селениях, обняв со всех сторон, истре¬бить, давая пощаду покоряющимся и забирая в плен с женами и детьми; жилища их разорять в пример и страх другим. Но при этом сохранять строгий воинский порядок и по окончании дей¬ствий отряду возвратиться на кантонир-квартиры.
11. Наказав непокорных осетин, приступить к расчистке дорог, ведущих из Нижней Карталинии вверх по ущельям обеих Лиахв, Пацы и Ксани, для чего употребить самих жителей; от Джавы же, где постоянно будет одна рота, учредить к маграндолетцам обывательскую почту для сношений с моуравом или приставом, имеющим там находиться.
Сообразно сим предположениям отряд, назначенный мною для действия в Осетии, собрался в сел. Цхинвали и 19-го июня, по осмотре войск ген.-адъют. Стрелковым, выступил в числе около 2 000 человек в селении Джава, где оставив вагенбург и прикрыв его сколько возможно, ген. Ренненкампф последовал 21-го июня к Кешельтскому ущелью. Ближние жители, по предварительному приглашению, прислали в Джаву 18 депутатов. Ген. Ренненкампф, дав им нужные наставления о должной покорности нашему пра¬вительству и оставя 4-х из них аманатами, остальных отпустил к своим семействам с прокламациями для обнародования оных. С таким же поручением отправлены были к кешельтцам князья Мачабели, имеющие влияние над жителями сего ущелья.
Перейдя по трудной дороге гору Лару, отряд наш следовал от¬туда двумя колоннами: первая под командою ген. Ренненкампфа через селения Чамада, Биквуами и Дадоност; а вторая – под начальством командира Херсонского гренадерского полка под-полк. Берилева через селения Дамцвари и Кешельту. Обе сии ко¬лонны встретили большие препятствия и трудности в пути; осе¬тины же весьма мало останавливали следование войск и почти все, бросив жилища, удалились на вершины гор в леса, откуда, производя пальбу из ружей, обнаруживали одно только общее восстание.
Усматривая сие, ген. Ренненкампф отправил на селение Майрам в обход для разъяснения таких скопищ 100 карабинеров и часть милиции под начальством шт. кн. Гурамова, который, при¬быв к замку Биквуами и найдя там толпу вооруженных людей, атаковал их, причем с нашей стороны убит рядовой один. Полу¬чив сведение, ген. Ренненкампф сам потянулся с своей колонной к означенному замку и при следовании туда был встречен у сел. Чамада ружейным огнем; но несколько выстрелов из орудий рас¬сеяли осетин и только трудное местоположение воспрепятствовало нанести им значительный урон. Далее, до замка Биквуами войска также проходили под пулями; но неприятель по приближении ко¬лонны бежал равномерно и оттуда, оставив нам добычу пленными 3-х мужчин, 1 женщину и двух детей. Таким образом, встречая сопротивление и находя селения пустыми, ген. Ренненкампф истре¬бил семь деревень и расположился для отдохновения близ селе¬ния Биквуами.
Колонна подполк. Берилева между тем также была встречена сопротивлением непокорных горцев при переправе через р. Пацу у селения Дамцвари, которое было занято с большими однако же затруднениями. Оттуда после утомительного перехода колонна прибыла к селению Кола, зажженному самими жителями. В зам¬ке у сего селения подполк. Берилев нашел в сборище одну из из¬вестных в Осетии по своим хищничествам фамилию Кабисашвили; но, имея ввиду приказание соединиться с генералом Ренненкампфом, он поспешил для сего к селению Биквуами.
По соединении обеих колонн, ген. Ренненкампф выступил че¬рез селение 22-го числа к самому концу Кешельтского ущелья, где и занял позицию с севера против горы Зикара, куда по слу¬хам обратилась большая часть кешельтцев; отделение милиции было послано через высоты гор к сел. Тхели, дабы сим направле¬нием отнять средство переправиться бегущим в Кошкинское уще¬лье. Распоряжение сие не принесло однако же и ожидаемой поль¬зы; ибо значительная часть осетин еще преждевременно успела со всем своим имуществом пробраться через главные высоты к Кударскому ущелью, куда хотя были и посланы войска под ко¬мандой подполк. Берилева для отрезания пути в Имеретию, но неимоверные трудности в следовании замедлили прибытие оных к месту. Осетины, оставшиеся на вершине горы Зикара, были не¬сколько раз, по приказанию генерала Ренненкампфа, атакованы войсками нашими; но трудность местоположения и огромные кам¬ни, спускаемые осетинами во множестве, долго препятствовали достигнуть до их позиции; однако же потом удалось приблизить¬ся к ним и отогнать до 200 штук рогатого скота. При сих дейст¬виях со стороны нашей ранены два обер-офицера и три рядовых; также 9 человек из милиции, в числе двое князей и дворян. Не¬приятель потерял убитыми до 60-ти человек, в плен взято 17 че¬ловек. В то же время кошкинские и нарские жители, через послан¬ного к ним с прокламациею священника, изъявили добровольную покорность нам и обещали не только исполнять все требования ген. Ренненкампфа, но заградить свои ущелья для кешельтцев и выдать их во всяком случае.
27-го июня – день рождения всемилостивейшего Г. И. было ознаменовано приведением к присяге на верноподданство Е. И. в большей части деревень Кешельтского ущелья, возвратившихся из гор, после повторенных воззваний и убеждений, сделанных ген. Ренненкампфом. Но главная из разбойничьих шаек Осетии фа¬милия Кабисашвили и оказала непреклонность, надеясь на непри¬ступное местоположение, которое избрала она на одной из высот, окружающих крепость Колу. Человек тридцать из другой фами¬лии Кочиевых за всеми переговорами решились упорно защищать¬ся. Генерал Ренненкампф, видя самонадеянность осетин, решился принудить их к повиновению орудием. Отправив к вагенбургу в селение Джава раненых, пленных и аманатов и оставив при селе Дадоност часть войск под командой кап. Бржесинского, подошел сам с остальным отрядом под командой кап. к кр. Кола, довольно крутой горе, откуда на сделанное еще раз предложение о сдаче последовал ружейный залп по войскам нашим. Столь дерзкое упорство заставило ген. Ренненкампфа обратиться к решительным мерам, и так как малый калибр кегорновых мортиров не пред¬ставлял никакой возможности разрушить крепостные стены, сло¬женные из крепкого камня на извести, то и положено было овла¬деть упомянутою крепостью открытой силой. Приведение сего в исполнение стоило однако же нам потерь: при двух повторенных атаках убиты со стороны нашей четыре человека и ранено во¬семнадцать, в числе коих командир Херсонского гренадерского полка подполк. Берилев и того же полка контужен подпр. Писаревский.
Для сохранения людей должно было прибегнуть наконец к иному средству, и ген. Ренненкахмпф, обложив крепость в ночное время кострами сухих дров, приказал зажечь со всех сторон, на¬деясь сею мерою заставить осажденных просить пощады, но гор¬цы оказали примерное ожесточение: из числа защищавшихся толь¬ко 10 человек, бросаясь с неимоверною яростью на солдат наших, хотели открыть себе путь оружием, но были подняты на штыки и только один из них взят в плен, все же оставшиеся в крепости, пренебрегая жизнью, сгорели посреди стен.
Уничтожение сего убежища непокорных и истребление при том одной разбойничьей фамилии Кочиевых имело большое влия¬ние на прочих, и ген. Ренненкампф успел, наконец, через кн. Бардзима Мачабели заманить к себе в лагерь другую фамилию Каби¬сашвили с старшим членом Акка, который вместе с тем предста¬вил и находившихся у них в плену двух имеретин из числа шести, захваченных нынешнею весною на Имеретинской дороге; один из последних найден также на дороге совершенно израненным, а про¬чие три убиты горцами при вступлении войск наших в Осетию. Фамилия Кабисашвили, по приведении к присяге на верноподдан¬ство, была задержана и отправлена в г. Гори.
Окончился поиск ген. Ренненкампфа в Кешельтском ущелье. Следствием оного было наказание и приведение в совершенную покорность обитающих там осетин и уничтожение двух разбой¬ничьих шаек сего племени. Из числа известных хищников успел спастись только один по имени Созр; но любимый сын его и брат захвачены однако же войсками нашими. 1-го июля отряд обратно прибыл в сел. Джава.
Успех действий имел большое влияние на дальнейшие предприя¬тия наши в Осетии. Все старшины Кешельтского ущелья немед¬ленно явились к ген. Ренненкампфу и по его распоряжению бес¬прекословно приняли для управления собою пристава дворянина Заала Бердзнеева.
5-го июля отряд, снабдив себя провиантом и оставив в сел. Джава некоторую часть войск для охранения вагенбурга, высту¬пил к маграндолецам – другохму осетинскому племени, живущему в глубоких ущельях реки Большой Лиахвы, под снеговым Гнухским хребтом, и обнаружившему намерение не изъявлять нам по¬корности. При выступлении туда, ген. Ренненкампф счел за нуж¬ное отправить предварительно к сильнейшим обществам Кошкинского и Рокского ущелий приглашение добровольно покориться, прислать аманатов и в знак усердия исправить все дороги, веду¬щие по их ущельям в Маграндолети. Движение отряда в первый день по Гертскому ущелью не встретило никаких препятствий ибо тамошние жители из особенного рвения поспешили привести дорогу в наилучшее состояние и построили до десяти мостов через быструю Лиахву, на что потребовалось бы значительное число рабочих и много времени. Таким образом отряд дошел безостано¬вочно до селения Ванели, лежащего на половине пути от Джавы в Маграндолети, но вступая в Кошкинское и Рокское ущелья, ген. Ренненкампф нашел совершенно противное расположение народа: непокорствование с вероломством заметны были повсюду. Вслед¬ствие сего отправив сильный авангард к селению Едиси, дабы поспешнее занять средоточие Маграндолети, ген. Ренненкампф сам с остальными войсками прибыл туда на другой день. Внезап¬ное движение имело желанный успех: жители маграндолетские не успев воспрепятствовать переходу отряда через снеговые горы и обвалы, поспешили предаться бегству, прислав однако же ген. Ренненкампфу до 30-ти старшин с изъявлением покорности. Все они по приведении к присяге и взятии от них аманатов отправлены были обратно для приглашения к тому и прочих жителей. Меж¬ду тем, во время пребывания отряда в вышеозначенном селении Ванели ген. Ренненкампф вошел в сношение с управляющим гор¬ским народом майором Чиляевым и 40-го егерского полка майо¬ром Забортским, назначенными, как я имел честь изъяснить высше, для учинения диверсии в пользу сей экспедиции со стороны Военно-Грузинской дороги.
Благоразумными распоряжениями ген. Ренненкампфа к 12-у июля были приведены к присяге на вероподданство почти все жители ущелий Маграндолетского, Кошкинского и Рокского, обес¬печившие покорность выдачей также аманатов из самых почет¬нейших фамилий. Управление над ними поручено приставу Гертского ущелья, ген. Павленову, оказавшему большое усердие в снабжении отряда провиантом.

Pages: 1 2 3
Рубрика: Осетины
You can follow any responses to this entry through the RSS 2.0 feed. Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.